# Forgotten: Compassion

translated by: Bambi

Забытая: Сочуствие

Автор перевода: Бемби.

Твайлайт, нервно кусая губы, снова и снова проверяла книги на полках в своём доме-библиотеке. Подхватив перо, она ещё раз тщательно прошлась по стеллажам, убирая несуществующую пыль. Ей на глаза попалась ошибка в расстановке фолиантов, и она торопливо переставила местами "Воздушную акробатику асов" Небесного Города и "Волшебных врагов речных аллигаторов" от Водной асоциации Азутории так, чтобы они шли в алфавитном порядке. Теперь стеллажи выглядели идеально... хорошо, хоть одним поводом для беспокойства меньше.

- Спайк! - не скрывая своего волнения, прокричала Твайлайт и быстро прошла, чуть не срываясь на бег, из библиотеки на кухню. - У тебя булочки не подгорят? Не волнуйся - я прослежу!

По правде говоря, единорожка не знала, чего ей ждать. Неизвестность изводила её, заставляя волноваться всё больше и больше. Как бы там ни было, а письмо принцессы волшебница получила всего пару дней назад. Возможно, не стоило так поспешно присылать приглашение...

Громкий стук в дверь вызвал у взвинченной до предела Твайлайт испуганный писк, и она замерла посреди кухонной утвари.

В это время в главной библиотечной зале Спайк от неожиданности подпрыгнул и выронил блюдце, которое вытирал, прямо на покрытый скатертью стол. Быстрый осмотр показал дракончику, что блюдечко потерь не понесло. Он с облегчением вздохнул и направился к входной двери. Ему не сказали, кто должен был приехать на чай, но он, как обычно, предполагал, что это могла быть Рэрити. В конце концов, по мнению неравнодушного к ней дракончика, Рэрити была воплощением красоты и изящества, была элегантной и интересной - идеальная гостья для чаепития. Кто бы ни был гость, его ожидание сделало Твайлайт необычайно нервной и дёрганой. И она, конечно, не стала бы так реагировать на свою щедрую и утончённую подружку...

- Спа-айк, ты слышишь? - крикнула единорожка, прерывая его мысли. Вслед за воплем взволнованной чародейки послышался звон падающих тарелок.

- Да иду я, иду... - бормотал дракончик.

Но спешить было уже не нужно - гостья зашла сама.

Увидев посетителя, Спайк прирос к месту, парализованный страхом. Единорожка была нежно-фиолетовой масти, местами покрытая пятнами цвета глубокой синей ночи, верх её мордочки от носа до ушек был такой же сумрачно-синий. Её метка - метеор, пересекающий полумесяц - также была покрыта тёмными пятнами; одна сторона у метеора разбита. Грива цвета морской волны и - неожиданно - кипельно-белая, в районе мордочки. Несколько непослушных прядей свешивалось с её синей мордочки яркими белыми полосками. И ещё был наполненный внутренней силой жёлтый взгляд - тот самый взгляд из прошлого, который дракончик не забудет уже никогда.

Сквозь липкий ужас Спайк всё же смог понять, что перед ним именно Мундансер.

- Т-твайлайт? - позвал он дрожащим голосом.

- Спайк, - голова Твайлайт появилась из проёма кухонной двери, - не будь груб. Пригласи наших гостей внутрь!

- Гости? - компаньон волшебницы снова окинул взглядом посетительницу, пытаясь избавиться от нервозности. Маленький тёмно-синий дракончик с красным животом и длинными мягкими красными шипами на спинке застенчиво вышел из-за Мундансер. Страх обрадованного Спайка растаял как прошлогодний снег. - Мопси! - Он радостно рванулся навстречу к малышу-дракончику, но тот с испуганным писком спрятался за спину Мундансер. Озадаченный, Спайк застыл в недоумении: - Это я - Спайк! Разве ты не узнаёшь меня?

- Я боюсь, что он потерял память, - сказала Мундансер извиняющимся тоном.

- А я удивлена, что он вообще с нами, - сказала Твайлайт, занося поднос с чаем и сладостями в комнату. - Это - само по себе чудо, могущество принцессы Селестии помогло вернуть его. И к слову... спасибо за прибытие, моя дорогая. Я знаю, что тебе пришлось пройти через многое за последнее время.

- Благодарю за приглашение. Вы не представляете, как много оно значит для меня.

Хозяйка расставила принесённое угощение на столе в середине библиотеки. Мундансер приблизилась к фиолетовой чародейке и коснулась её шеи в дружеском приветствии. С немного виноватым видом она заметила, как та вздрогнула при прикосновении.

- Я очень захотела увидеть тебя, как только Принцесса в письме сообщила, что ты поправилась и готова путешествовать. Как насчёт этой прекрасной сладкой булочки? - спросила Твайлайт. - Спайк замечательно их печёт.

Мундансер снисходительно откусила от булочки.

- Спасибо, очень вкусно. Восхитительная выпечка, Спайк. Возможно, Мопси сможет перенять у тебя пару-тройку рецептов.

Мопси, лишившийся прикрытия в лице своей хозяйки, испуганно свернулся в углу подальше от Спайка. Немного задетый за живое и смущённый, помощник Твайлайт уселся в противоположной стороне, хмурясь и стараясь не глядеть на гостью за столом.

- Так всё же, расскажи нам, - начала Твайлайт, с трудом отводя взгляд от странного лица Мундансер и концентрируясь вместо этого на кусочке сахара в её чае, - как же ты избавилась от Кошмара?

Гостья некоторое время тихо изучала содержимое собственной чашки, потом, легонько вздохнув, начала рассказ.

- Первые несколько дней ничего не происходило. Я все еще плавала в Тени, куда я призвала твой дух, пока ты спала. Я знала, что Селестия и несколько других пони были вокруг меня, но что было сверх того, мне было неизвестно. Принцесса очень часто приходила и говорила со мной с помощью своего странного волшебства, но нам не удавалось говорить подолгу, да и её слова меня не очень убеждали. Я сказала ей, что хочу оставаться превращенной в камень, чтобы запереть Кошмар вместе с собой.

- Это имя придумали мы сами, ты знаешь. Кошмар. Оно - дух, который блуждает по миру и ищет страх, вину и позор - всё то плохое, что может служить ему пищей. Оно было в мире с начала времён и, вероятно, пребудет до самого конца.

Твайлайт кивнула, разглядывая чай в чашке.

- Так или иначе, прошло несколько дней и однажды ночью Принцесса Луна прибыла ко мне. Она могла говорить со мной намного дольше, чем Селестия, вероятно, из-за её опыта в Царстве Сумрака. Я слышала позже, что ей не разрешали навещать меня из опасения, что Кошмар овладеет ею снова, но наша ночная принцесса точно не из тех, кто слушается приказов. Сначала Луна просто спросила, кем я была и как попала в это место. Я рассказала ей, и она исчезла так же быстро, как появилась. Думаю, она боялась быть снова пойманной Кошмаром. На следующую ночь она уже осталась надолго. "Раньше тебя здесь не было", - заявила она мне. Я ей ответила, что должна искупить свои ошибки. "Возможно, но ты никак не сможешь сделать этого тут. Это вообще не место для пони. Это граница Света и Тьмы и ее предназначение только в этом" - возразила мне Принцесса.

"Но это - Тень. Как они могут сосуществовать вместе?" - спросила я.

Она засмеялась: "Здесь Тьма укрывает Свет, защищая его. Все Тени, что попадались тебе тут раньше, остались от существ, подобных тем, кем стал Мопси. Они имеют различные формы и устремления, но они, в основном, безобидны".

Я была ошеломлена и спросила у Принцессы: "Но как темнота может защитить свет?..” О, это пирожное с заварным кремом?

Твайлайт моргнула, сбитая с толку резкой сменой темы.

- О... о, да! Конечно. Шпинат и цукини, - хозяйка положила пирожное на тарелку гостьи, и та изящно откусила от угощения.

- Это обалденно. Мне обязательно нужно записать рецепт.

Твайлайт подождала, пока её подруга проглотит кусочек, и осторожно спросила:

- Так тогда... что же было дальше?

- Луна сказала: "'Я покажу тебе". Рог её засветился, и теневая завеса вокруг нас расступилась. Разнообразные существа-тени разбежались от волшебства принцессы, их оказался целый зверинец. Некоторые напоминали маленьких драконов, немного было подобных пони, некоторые были гигантами с широкими крыльями, как у летучих мышей, а некоторые - с маленькими, которые весьма несуразно смотрелись на больших телах. Они рассеялись подобно стае птиц, открывая основание Тени.

Основание Тени... было сделано из света. Гигантский шар белого света. Он излучал тепло и счастье и как только я коснулась его, я почувствовала любовь к каждому существу, живущему на планете. Я любила Луну. Я любила тебя. Я даже любила Кошмар. Такая бесконечная радость и надежда охватили меня, что я, рыдая, припала к его поверхности, поглощённая этим изумительным чувством абсолютного счастья.

Принцесса, тихо засмеявшись, закрыла основание. Темные существа возвращались обратно, с жадностью впитывая в себя этот божественный свет, и я чувствовала их рядом с собой. Многие из них имели острые когти и длинные клыки, но они были нежны со мной, всем своим видом показывая, что не нанесут мне вреда. Я начала чувствовать себя холодно и одиноко, поскольку они унесли меня далеко от света.

"Это - место великих крайностей" - сказала мне Луна. - "Ты же могла бы помогать всем живущим пони поддерживать эту Гармонию Света и Тьмы в нашем реальном мире".

Подобно всем этим теневым созданиям, моё сердце теперь тосковало по Свету. Я хотела и этот всеобъемлющий Свет, и эту доброжелательную Тьму. Всей душой я захотела этого - и я приняла Гармонию. Тут же я почувствовала, что падаю, хотя не двигалась с места. Луна просто улыбнулась мне и затем исчезла. Я знаю, что это прозвучит странно, но было чувство, что я осыпаюсь, как глина, становясь всё свободнее. Я открыла глаза и увидела их, Селестию и Луну, стоящих передо мной. Их образы были расплывчатыми, и я поняла, что нахожусь в некоем энергетическом поле. Это место было чем-то вроде магической лаборатории.

К сожалению, моё пробуждение пробудило также и Кошмар. Я ощущала его внутри себя, корчащегося и источающего гнев, злобу и неутолимую жажду мести. Было очевидно, что старый враг с первого взгляда понял природу магии принцесс и не ждал от неё ничего хорошего. Он страшно боялся, что сила поля уничтожит его. Поле вокруг нас начало сжиматься и дух забился внутри меня, как пойманная рыба. Испугавшись, я зажмурилась изо всех сил. Поле продолжало стремительно сжиматься, однако оно не задержалось на моём теле. Я была... лучше не скажешь... профильтрована от Кошмара в себе.

Поле сократилось до размеров пузыря вокруг моей головы, и я почувствовала земную твердь под копытами. Я поняла, что камень более не сковывает меня, и теперь я стою вполне самостоятельно. Я открыла глаза. Твайлайт Спаркл, я буду жалеть об этом всю оставшуюся жизнь, ибо я узрела истинное лицо Кошмара. Оно - не пони. Оно - черная масса клыков, когтей и пылающих глаз - паранойи, гнева и ненависти. В отчаянии Оно вцепилось мёртвой хваткой в моё лицо. О, Твайлайт, я чувствовала себя так, как будто его ободрали до самых костей! Я выпала из пузыря, и мое лицо было всё в крови. Я кричала и кричала, подобно новорожденной кобыле. Даже при том, что Селестия и Луна немедленно исцеляли меня могучими заклинаниями, я всё равно чувствовала бесконечную боль!..

Мундансер сделала паузу. Погрузившись в раздумья, она откусила кусочек от булочки. Твайлайт вглядывалась в тёмное лицо гостьи с белой гривой вокруг него, больше с возрастающим беспокойством, однако и с постепенным пониманием. С трудом проглотив булочку, Мундансер продолжила:

- То было страдание хуже, чем боль. Я не уверена, что смогу описать это. Как если бы самая моя душа была оторвана от моего тела. Последствия этого, моя дорогая, ты можешь видеть у меня на лице... Все тёмные пятна на мне - от Кошмара, там, где он стремился удержаться во мне. Луна говорила, что Кошмар изменил её точно таким же путём. На тёмной шубке Принцессы эти следы просто незаметны, равно как и на её лунной Метке.

Уже позже они рассказали, что несколько дней я лежала в больнице. Но я совершенно не помню ничего, кроме болезненной пустоты внутри себя. Принцессы часто навещали меня. Они так же сказали, что запечатанный Кошмар был помещён ими в особой башне со всеми мерами предосторожности. Я не думаю, что они смогли бы пойти на его уничтожение, в силу своей доброты, даже если их пленник был настолько зловреден.

- После того, как меня вылечили, они устроили мне встречу с одним из "магов Разума", как они их называли. Вообрази моё удивление, когда я увидела, что этот "маг" оказался пегасом! Она была самой очаровательной крылатой кобылицей из тех, что я когда-либо видела: ярко-белой масти с небольшим розоватым оттенком, грива - прелестные розовые, белые и синие пряди; и её крылья были такие же большие как у Селестии, с синими на кончиках перьями!! Ее имя Стар Кэтчер и она племянница принцесс, хотя и не очень близкая родственница. Она не творила никаких заклинаний, а просто беседовала со мной. Мягко говорила о том, что я не должна винить себя, не должна стыдиться перемен, произошедших со мной, ну и ещё кое о чём на ту же тему. Она была хороша... но я не понимала, зачем всё это. Но когда я попыталась вернуться к себе домой, я поняла, для чего Стар Кэтчер тратила на меня время.

Мундансер печально смотрела на своё полусъеденное заварное пирожное, как будто жалея несчастный кулинарный шедевр.

- У меня оставались мои старые друзья, даже после того, как ты уехала в Понивиль. Лемон Хартс, Спарклвиркс, Твинкл и несколько других одноклассников. Но как только я вернулась - они не захотели иметь со мной ничего общего. Часть просто избегала меня, а часть в глаза называла "предательницей", "монстром" и того хуже. Я потеряла всех.

Твайлайт прекрасно знала, что вся правда о возвращении принцессы Луны осталась в пределах Понивиля. В основном была распространена версия о шестерых подругах, "тех самых, которые освободили принцессу Луну", и очень немногие знали, что Найтмэр Мун и Луна были фактически одной и той же пони. Чародейка понимала, почему её чудесная наставница хотела выставить свою сестру жертвой, а не противником.

Кошмар Мундансер же, напротив, видели многие. К тому же скрыть изменения в ней после тех событий было бы невозможно. И вся магия мира не смогла бы изменить уже сложившегося мнения общества пони.

- Вспоминается банальная фраза на тему опрометчивых поступков. - Мундансер продолжала. - "Миг, когда ты сдержишь свой гнев, позволит избежать ста дней боли от его последствий" - это, случаем, не цитата? Моя глупость сломала мне жизнь. Я проводила дни в своем доме в одиночестве. Отсутствие Мопси было для меня острым напоминанием, что я была виновата в его гибели, не было дружеского плеча рядом. Я говорила со Стар Кэтчер ещё несколько раз, но как может член уважаемого королевского семейства знать, что такое истинное одиночество?

- На прошлой неделе Селестия вернула мне Мопси. Поначалу я была до смерти рада видеть его. Я до сих пор не могу поверить в то, что принцесса спасла его. Но я была сильно подавлена, когда поняла, что он совсем не помнит меня. Ему стало немного лучше уже. Он знает, что я - его опекун, по крайней мере. Но он все еще не говорит, и я боюсь, что он никогда не будет прежним.

Твайлайт обернулась к углу комнаты, где сидели Спайк и Мопси. Спайк, наконец, уговорил маленького гостя поиграть с ним. Он выдохнул небольшой клуб зеленого пламени, и они оба захихикали. Мопси выдохнул заметно меньшее, яркое оранжевое пламя, и дракончики опять засмеялись. Это была игра сродни игре только что вылупившихся детей, но, по крайней мере, Спайк смог получить хоть какую-то реакцию от своего бывшего друга.

“Их выслали из Кантерлота, - размышляла Твайлайт, - и, очевидно, им было совершенно некуда идти”. Ей было не по себе от мысли о том, что Мундансер останется в Понивиле. Она же плохо знала её... но отчётливо желала дать этой дружбе шанс на существование. Однако с чего же все-таки начать?

- Мундансер, - нерешительно начала Твайлайт, - ты и Мопси для меня - больше, чем просто гости, и я была бы рада, если бы вы пожили со мной здесь, в Понивиле. Разумеется, до того времени, как настанет твоя очередь сдавать экзамен по волшебству. Насколько я понимаю, это будет через два или три дня?

Если бы не смех драконов, в комнате настала бы гнетущая тишина. Мундансер мягко и печально улыбнулась, и Твайлайт сразу осознала всё. Хозяйка смущённо покачнулась с виной и жалостью.

- Ты сама всё видишь. Я не смогу закончить экзамены.

Твайлайт посмотрела на стол. Впервые она поняла, что Мундансер так ни разу и не подняла свой кубок магией и что она откусывала от пирожного прямо со стола. В какой-то момент её пирожное было сильно помято от неловкого движения копытом. Сердце чародейки болезненно сжалось. - М... Мундансер, мне очень жаль...

Гостья покачала белой головой:

- Не надо. Селестия сказала, что всё будет хорошо. Она полагает, что это подобно памяти Мопси. Однажды это всё… вернётся ко мне, - она громко рассмеялась, но это не остановило две большие слезы, сбежавшие по её щекам. - Я никогда не думала, как это трудно - быть земной пони. Это... конечно, вызов для меня.

Твайлайт вышла из-за стола, подошла к гостье и положила копытце ей на плечо, утешая и успокаивая. - Ты такого не заслужила. Никто их живущих не заслуживает подобного, что бы они ни сотворили.

- Я... я знаю, - Мундансер пыталась не всхлипывать. - Именно это Стар Кэтчер всё время говорила мне...

- Останься со мной. Я уверена, что смогу помочь тебе.

Опозоренная единорожка покачала головой:

- Я не могу. Также, как и остаться в Кантерлоте.. Это ещё одна причина, почему я хотела увидеть тебя, Твайлайт. Я отправляюсь в поездку, и я хотела просто сказать "до свидания."

- Зачем? Мундансер, милая, останься! У меня много друзей, и я уверена, что как только я им всё объясню...

- Нет, нет, это не единственная причина, по которой я ухожу. Внутри меня есть… пустота. Кое-что из того, что я даже толком не смогу тебе объяснить. У меня ощущение, что кто-то покинул меня, пустота в моей душе, то, что я теперь хочу заполнить. Я счастлива, что ты хочешь помочь - правда, я очень рада, что хоть кто-то беспокоится обо мне - но я не могу принять твою жертву.

- Тогда позволь мне идти с вами. Пожалуйста, подумай об этом, Мундансер. Ты ещё не готова к таким походам в одиночку.

Мундансер снова покачала головой, отодвигаясь от стола.

- Ты здесь нужна, здесь твои друзья. Ты и так много подарила мне. Ты дала мне надежду... Надежду на то, что я смогу найти всё, что ищу, и никогда не стану снова одинокой. - Глядя на стол, лавандовая единорожка немного помолчала. - К тому же эти пирожные были просто чудесны.

Твайлайт позволила себе улыбнуться. Спайк и Мопси, отвлеченные от игры, подошли, чтобы попрощаться.

- Спайк, упакуешь немного съестного для Мундансер и Мопси? Они собрались... в путешествие. Я хочу быть уверена, что им будет чего вкусного поесть в дороге, и Мундансер, кажется, очень понравилась твоя стряпня, Спайк.

Спайк покраснел, когда Мундансер ласково улыбнулась ему. Те жёлтые глаза все еще часто посещали его в полуночных кошмарах, которые он скрывал даже от своей хозяйки. Он понимал, теперь за этими глазами снова была пони, которую он когда-то очень хорошо знал. Пони, у которой и в мыслях не было причинять ему какой-либо вред, но он всё еще не отошел от ужасов прошлого. Он понесся на кухню, чтобы собрать продукты для путешественников, проявив редкую для себя застенчивость. Даже когда он вернулся с готовым пакетом, то просто вручил его Твайлайт и тут же молнией умчался обратно.

- Я не виню его, - вздохнула Мундансер.

- О, Спайк! - с упреком воскликнула Твайлайт. - Он не ненавидит тебя. Правда, Спайк?

- К-конечно, ты нравишься мне, Мундансер, - отозвался Спайк из безопасного укрытия кухни. - Я только... пока не могу смотреть на тебя, прости... Как-нибудь позже...

Твайлайт примирительно посмотрела, но Мундансер вяло махнула копытом. - Это не самое худшее, что я слышу о себе. Я не обиделась, не волнуйся.

- Я хочу, чтобы ты писала мне так часто, как только сможешь. Иначе я буду очень волноваться за тебя...

- Обещаю, что по крайней мере раз в месяц - и  каждый раз в ответ на твоё письмо, - улыбнулась тёмная гостья.

Ученая-пони улыбнулась в ответ:

- Поверь мне, писать письма - мой конёк.

Твайлайт проводила друзей к лесу Белого Хвоста, давая советы о безопасном маршруте. Она знала, что Мундансер было бы более спокойно жить в Понивиле, но сердцем она понимала, что оставшись здесь, единорожка не будет счастлива.

После того, как гостья и её маленький спутник стали крошечным пятнышком на горизонте, Твайлайт вернулась домой, чтобы вытащить Спайка из кухни. Позже вечером они, как обычно, поужинали и приготовились ко сну. Когда они легли, из темноты за открытыми окнами библиотеки подул лёгкий ветерок, тёплый и ласковый, который навевал небольшую грусть, напоминая о сегодняшней печальной гостье и заставляя снова вспоминать события этого необычного чаепития.

Твайлайт с нетерпением ждала первого письма.